Особо опасная особь - Страница 100


К оглавлению

100

— Ну ладно… — мстительно заявила Лина. — Спи, спи. Дрыхни…

Она вскочила с постели, прошлепала в ванную, взяла бритву Умника — электрическую, с лазерным лезвием, сняла майку, поволила бритвой по подмышкам — из вредности. Убедилась в безукоризненной работе прибора и отправилась обратно в спальню. Приподняла одеяло, спустила трусы с Умника. Умник дрых как убитый, смотрел самый сладкий предутренний сон. Лина закусила нижнюю губу, чтобы сдержаться, не прыснуть от смеха, и провела бритвой по ягодицам Юрки, поросшим светлыми волосками. Провела раз, другой…

Юрка вскочил как ошпаренный. Через долю секунды он уже стоял на полу — одной рукой подтягивал трусы, другой держался за задницу. Лина с удовольствием отметила его отличную эрекцию.

— Эй, ты что делаешь? — взвыл Юрка. — Сбрендила, что ли?

— Я же сказала — тебя нужно побрить, — промурлыкала Лина, на четвереньках пробираясь по кровати, направляясь к Умнику. — Я побрила тебе попку, мой милый. Теперь у тебя славная попка, милый Юрочка, гладкая, как у павиана. Дай я ее поглажу.

— С ума сойти… — Юрка схватился за голову, рухнул в постель на спину. — Точно, как павиан — с лысой кормой. Линка, сейчас я тебя убью!

— Спорим — не убьешь?

Подлый Юрка попытался спрятаться под одеяло, но не тут-то было — быстрая Лина цапнула одеяло первая, кинула его в сторону, села Юрке на живот, схватила его за запястья, развела его руки в стороны, распялив на кровати. Юрка слабо возился под девушкой, горячий его член упирался ей сзади в копчик.

— Вот так и лежи, — сказала она. — А я буду объяснять тебе, глупому Умнику, что к чему. Понял?

— Понял…

— Вот, смотри, — Лина приспустила трусики, — видишь, как все гладенько. Ничего лишнего, никакой растительности. Классно, да?

— Угу. — Юрка громко сглотнул слюну, попытался протянуть руку, но Лина шлепнула его по пальцам.

— Человек должен быть голеньким, — наставительно сказала Лина. — Потому что он не обезьяна. Это у обезьяны заросло волосами все, кроме задницы. И ты сейчас похож на обезьяну, шпион Юрка. Ты мохнатый и с голой задницей. Но из тебя еще можно сделать человека, есть последняя надежда.

Она взяла бритву, включила ее и провела по курчавой груди Умника — крест-накрест. Получилась большая лысая буква “X”. Умник тут же вытаращил глаза, собрался издать возмущенный вопль, но Лина пресекла бунт в корне — зажала его рот рукой.

— Я понимаю — тебе страшно, — заявила она. — Ты бережешь свою мужскую растительность как последний неандертальский атавизм. Думаешь, что с ней ты больше похож на самца. Только знаешь, бояться нечего. Тебе и так есть чем гордиться. Хотя бы вот этим…

Она протянула руку назад и дотронулась до торчащего Юркиного инструмента. Инструмент тут же отозвался возбужденным толчком. Лина нежно погладила его, затем оттянула в сторону серединку трусиков, приподнялась и медленно, облизываясь от удовольствия, вставила в себя.

Юрка закрыл глаза и выгнулся дугой. Пальцы его заскребли по простыне.

— Не шевелись, — прошептала Лина. — Будешь шевелиться — все испортишь. Я все сделаю сама.

Она оперлась расставленными коленями на кровать, наклонилась над Умником и начала брить его грудь и живот, медленно покачиваясь вверх и вниз, вперед и назад.

Ей пришлось прерваться два раза — из-за оргазмов. Слава богу, в руках ее была неопасная бритва — ей она располосовала бы Юрку в клочья. В третий раз они кончили одновременно — так остро, что у Лины все поплыло в глазах. Она упала на Юрку в изнеможении и поняла, что ему придется идти на завтрак недобритым.

— А ноги, ноги как будешь брить? — шепнул он.

— А ты хочешь — ноги?

— Хочу.

— Вечером. А то без завтрака останемся.

— Лентяйка. Из-за тебя я так и остался обезьяной.

— Я хочу жрать. Пойдем на завтрак.

— Лентяйка и чревоугодница. Как ты справишься с ногами?

— Так же. Только сяду наоборот. Спиной к тебе.

— Попкой ко мне. Гладкой розовой попкой.

— Да, попкой, попкой…

— Не соскучишься с тобой, солнышко, — Умник погладил девушку по спине, затем осторожно высвободился, сел на кровати, критически осмотрел простыню, закиданную волосами. — Хм, ну и зрелище… Как будто овцу стригли. Знаешь, как сделаем? Сегодня я куплю крем, намажусь им, и избавлюсь от растительности, если тебе так хочется. Пойдет?

— Я сама тебя намажу, — торопливо сказала Лина. — Ты ничего не умеешь, ты все испортишь…

* * *

Лина думала, что Юрию все равно с кем сидеть за одним столом, — со всеми он был одинаково дружелюбен и улыбчив. Однако оказалось совсем не так. Они чуть припозднились на завтрак, и выяснилось, что за их столом уже сидит некий чернявый парень — плечистый, крепкий, коротко стриженный, бородатый. Сидит и расправляется с яичницей так неистово, словно не ел неделю. Увидев его, Юрий остановился, нахмурился, взял Лину за руку.

— Линка, — тихо проговорил он, — давай-ка сядем сегодня за другой столик.

— Почему?

— Так лучше будет.

Поздно. Парень уже обернулся, увидел Юрия и Лину, радостно вытаращился, взмахнул вилкой и заорал:

— Юрок! Детишкин корень! Здорово, Юрок! Чего встал как пень, вали сюда!

Юрий недовольно вздохнул и пошел к столу. Парень вскочил с места, бросился навстречу и облапил Юрку, едва не заколов его вилкой с болтающимся на зубцах куском яичницы.

— Юрок! Smart Guy, ехтель-мохтель!!! Блин, вот это встреча! Думал, уж и не увижу тебя живым! Ты как, Юрок?

— Нормально, — промямлил Юрий. — Привет, Мишка. Как сам-то?

— Зашибись! Чуть, правда, копыта не откинул, у нас по всем сликам чес охрененный начался, когда ты из Штатов свалил. Подстрелили меня маленько… Ладно, успел слинять, ребята вытащили, не дали сдохнуть. Сейчас вот лечиться послали. Садись, садись, — парень повел Юрия к столу. — Кто это с тобой?

100